Политэкономия Конца Света, или Даешь Апокалипсис! (4)

4. О куртке поденщика

Здесь и далее придется ввести несколько понятий из экономики и, как ни странно, из теории научного знания. 

О разделении труда и его роли в современной экономике знают, наверное все. Впервые роль разделения труда в капиталистической экономике подробно разобрал еще Адам Смит в своем классическом труде «О богатстве народов», однако если взять на себя труд ознакомиться с данной работой, то в ней, помимо прочего, можно наткнуться на главку, посвященную… нет, вы ни за что не догадаетесь! Посвященную описанию производства куртки поденщика. 

Это главка — образец великолепной прозы 18 века, дающей весьма поэтическое изложение того, как от этапа выращивания и сбора урожая хлопка, его доставки на корабле в Англию на ткацкую фабрику, производства ниток, краски, ткани, пуговиц и прочих мелких деталей и до конечного пошива возникает весьма незамысловатый предмет — обычная куртка поденщика. 

Вот как говорит об этом известный экономист О.Григорьев:

«В конце первой главы у Смита идет достаточно большой текст. Адам Смит говорит: вот шерстяная куртка поденщика, поденного рабочего. Посмотрите, сколько людей работает для того, чтобы сделать эту куртку: пастух, сортировщик, чесальщик, красильщик, прядильщик, ткач, ворсировщик, аппретурщик.

Но сколько еще купцов и грузчиков должны там из конца в конец страны возить, передвигать все, что связано с производством этой куртки. Потом говорит: не только купцы и грузчики, а если надо возить морем, нужны судостроители, матросы, делатели парусов, канатов. А еще сколькими инструментами должны все эти люди пользоваться, и эти инструменты надо произвести. Инструменты — судно, валяльная мельница, станок ткача. Говорит: возьмем такую простую вещь маленькую — ножницы, которыми стригут овец. Для их производства требуются рудокоп, строитель печи для руды, дровосек, угольщик, изготовитель кирпича, каменщик, рабочий при плавильной печи, строитель завода, купец. Ну, и собственно ножовщик. Вот сколько людей делают простую куртку поденщика.»

Действительно остается поражаться — как много производственных звеньев экономической системы приходится задействовать для того, чтобы из изначального сырья получился конечный продукт — товар. И стоит какому-то из этих звеньев не сработать должным образом, а то и вообще сломаться, разорваться, утратиться, и все производственная цепочка остановится, на выходе мы ничего не получим. 

Интеграция производства — оборотная сторона разделения труда. Это аверс и реверс, орел и решка экономики. И уровень технологической системы, степень ее развитости, то есть способность производить все более сложные вещи, определяется количеством звеньев, которые в нее интегрируются. Одно дело — получить из железной руды плуг, и совсем другое — танк, самолет, компьютер. То, что Марксом определялось как стремление капитализма безгранично расширяться в погоне за пресловутыми тремястами процентами прибыли, ради которых капитал готов на любое преступление, является оборотной стороной логики самого технологического прогресса, которому для развития требуется выстраивание все более длинных и сложных производственных цепей, а для этого нужно не только сырье, необходимы рабочие руки, новые рынки сбыта, а это уже — пространственные категории, та самая пресловутая глобализация. 

И когда говорится, что современный Китай стал всемирной фабрикой, способной производиться все и вся, то как-то забывается, что для снабжения этой всемирной фабрики требуется все мировое пространство, находящееся под железной пятой капитализма, который обеспечивает свою фабрику сырьем, чертежами, энергоносителями, знаниями, специалистами. Все мы, так или иначе, в той или иной форме, вне зависимости от наших желаний, стремлений и возможностей, являемся рядовыми рабочими всемирной капиталистической фабрики, созданной в лучших традициях разделения и последующей интеграции труда. 

Конечно, многочисленные звенья, производственные линии мировой единой фабрики многократно дублируются — их разрыв или утрата более или менее оперативно заменяется вспомогательными звеньями. На место выбывающих рабочих рук немедленно встают другие. Но в целом подобная система, или как ее иначе называют — технологическая зона — стала более хрупкой и ненадежной именно в силу того, что она, разросшись метастазом до размеров земного шара, не имеет столь же целостной дублирующей системы, как то было в ХХ веке.

(Продолжение следует)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *