СЕРГЕЙ ШИКАРЕВ о повести Михаила Савеличева «Я, Братская ГЭС…»

Михаил Савеличев. Я, Братская ГЭС… // Полдень № 7. – СПб.: ИП Сидорович, 2018.

Номинировал Сергей Шикарев: У каждого поэта есть провинция… Именно туда, в провинцию, довольно отдаленную от кремлевских звезд и башен, и отправляют успешного – по советским и даже по светским меркам – поэта Эдуарда Евтушкова. Повод – неправильное, с идеологической точки зрения, интервью буржуазному журналу «Штерн»; причина – необходимость правильного, с идеологической точки зрения, освещения коммунистической стройки века – сооружения Братской гидроэлектростанции. Подоплека же – в намерениях и действиях самой Братской ГЭС – так называемой «субъектности» (в иной системе координат уместно использовать термин «эгрегор»), олицетворяющей согласно известной формуле электрификацию советской страны. 

Повесть Михаила Савеличева в лучших традициях постмодернизма (простите за оксюморон) перелицовывает известную поэму Евтушенко на фантастический лад. Убедительности ей – и понимания происходящего читателю – добавляют цитаты из выдуманных работ настоящего философа Эвальда Ильенкова (и его соавторов). 
Есть и другая – едва не прервавшаяся – традиция, которой наследует автор. Речь идёт об упрямом оптимизме советской фантастики в отображении мира, который добр, и будущего, которое светло.

Посредством Братской ГЭС, с помощью электрического тока Савеличев воскрешает/реанимирует идеалы шестидесятых, а заодно идеальные шестидесятые: грандиозные проекты преобразования природы, отважные пионеры стройки – «первоэшелонники», внимающие поэтам толпы и культурно подкованные (рассуждающие о Феллини и итальянских неореалистах, знающие иностранные языки) рабочие и всеобщая устремленность в грядущее – таков образ светлого прошлого, (вос)создаваемый писателем.

Удивительное дело. Пока в англо-американской фантастике идут нешуточные бои между правым и левым лагерями, отечественная фантастика в большинстве своем политически аморфна. Разве что лежат на книжных развалах и снуют туда-сюда по отечественной истории «попаданцы», разочарованные развитием событий и норовящие в механизме истории что-то подправить. Повесть Савеличева среди них – «белая ворона»; не только потому, что являет собой идеологическое высказывание в деидеологизированном пространстве, но и потому, что работает ровно противоположным «попаданчеству» образом. Оживленные писателем идеи и идеалы прошлого, пробуждают ностальгию по несостоявшемуся будущему, «полудню двадцать второго века» и читателя зачаровывают.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *