Просвещенья дух, или Порог Капицы

Записки утописта

Сергей Петрович Капица

О, сколько нам…

В романе Сергея Лукьяненко «Кайнозой» имеется симптоматичное объяснение — почему гибель 90 процентов населения в результате зомби-апокалипсиса не привела к краху технологической цивилизации, где повторяется расхожее мнение о так называемых «лишних» народах, которые, по мнению обывателей от науки, культуры и интернета, не участвуют в производстве материальных и прочих ценностей современной глобальной цивилизации от слова «никак». Поэтому если в результате катаклизма эти миллиарды и миллиарды сгинут, оставив в живых лишь «золотой миллиард» (а лучше — меньше, да лучше), то для планеты это будет даже хорошо, как и для всей человеческой цивилизации в целом, ибо зачем нужно содержать столько лишних ртов и мозгов, тратить на них драгоценные природные и человеческие интеллектуальные ресурсы? 

А действительно — зачем? 

Зачем человечество растет с убыстряющейся скоростью, и никакие ограничения рождаемости не могут его  ни замедлить, ни, тем более, повернуть вспять? 

Прошлые и современные теоретики народонаселения в этом вопросе не ушли далеко от Мальтуса и мальтузианства вообще. Как и любая популяция животных, человечество размножается и растет ровно до тех пор, пока не заполнит все пригодные для проживания природные ниши и пока ему, человечеству, будет хватать ресурсов для пропитания и цивилизационного развития. Но когда человечество достигнет предела роста? Тогда и только тогда, когда ресурсов перестанет хватать. И вот в этот момент наступит предел Мальтуса — в результате массового голода, болезней, эпидемий и пандемий человеческая популяция сократится до размеров, позволяющих восстановить способность существовать в условиях сокращенной кормовой и ресурсной базы. 

В этом отношении человечество ничем не отличается ни от популяции кроликов, сверх меры размножившихся на просторах Австралии, ни динозавров, исчезнувших после сотен миллионов лет владычества. Еда и ресурсы — вот и все, что определяет рост и сокращение человечества. Не случайно провозвестник новой эры человечества Илон Маск так жаждет переселить часть людей на Марс, понимая — без расширения экологической ниши существования человечества мы вот-вот столкнемся с жесткой нехваткой ресурсов. Все на Марс!

Вроде бы у подобного взгляда на человечество имеется много резонов. Что есть человек, как не животное, которое «всего лишь» обладает разумом? В вопросах собственного размножения и питания он ничем не отличается от животных — каждому нужно больше самок или самцов, больше кормовой базы, а дальше «после нас хоть потоп». Вполне понятная мизантропия. Однако все-таки не хотелось уподобляться кроликам или попугаям. Если численность населения увеличивается подобными темпами, то, быть может, дело в том, что мы пока не понимаем телеологию данного процесса? Если звезды зажигают, то может это кому-то нужно? Имеются ли законы, по которым происходит рост численности населения? Или это — всего лишь пресловутая экспонента? Чем дальше, тем быстрее? 

На самом деле не так. 

Не экспонента. 

Далеко не экспонента.

Открытий чудных…

В своей теории роста населения Сергей Капица (да-да, тот самый, физик и ведущий передачи «Очевидное — невероятное») исходит из положения, что человечество в целом является системой и развивается как система самоорганизующаяся, на основе синергетических закономерностей. И в этом смысле человеческая популяция, внешне напоминая популяцию любого животного вида, все же качественно от них отличается.  Прежде всего, в человеческой популяции отсутствует или отключен (кем-то или чем-то) механизм естественного отбора, а вместе с этим — эволюция человека как вида. Биологические законы если и действуют на человечество, то в весьма опосредованном и ослабленном виде. Мы эволюционируем не биологически, а социально. А следовательно и рост населения человечества определяется не столько биологическими факторами, сколько социальными, хотя данный термин здесь не совсем точен, возможно лучше подошел термин «ноосферными», но и он перегружен излишними коннотациями. 

Как бы то ни было, возвращаясь к проблеме роста населения следует сказать, что он подчиняется не мальтузианским законам — безграничному росту по экспоненте, а синергетическим закономерностям, где рост происходит по степенной функции. Важной характеристикой такого типа функционального роста является достижение точки насыщения, когда стремительное увеличение численности, которое наблюдается в настоящее время, сменяется фазовым переходом на совершенно иной вид развития человечества. Назовем эту точку «пределом Капицы». В результате фазового перехода численность населения стабилизируется и в последующем сохраняется на этом уровне сколь угодно долго. По сути речь идет об остановке роста населения Земли, что опровергает мальтузианские страшилки и выбивает почву из под всех разновидностей социал-дарвинизма.

Готовит просвящения дух…

Предложенная С.Капицей модель роста населения Земли на первый взгляд кажется не только непривычной и странной, но требует дополнения или хотя бы выдвижения гипотез по поводу того, за счет чего будет осуществлена стабилизация численности человечества? Будет ли это результат социальных процессов, вроде осознанного ограничения рождаемости в странах так называемого третьего мира или периферии, либо включатся  дотоле неизвестные биологические механизмы, ограничивающие фертильность? А может излишек, превышающий порог Капицы, будет сжигаться и утилизироваться в ходе локальных конфликтов, эпидемий, вымирания от недостатка питания и воды? Или отправится вслед за Илоном Маском на Марс?

Но нам хотелось бы сделать заход на проблему с несколько иной стороны. А именно задаться вопросом: зачем человеческой популяции необходима подобная численность, которая с точки существующей в настоящее время технологической цивилизации является чрезмерно избыточной даже сейчас, когда порог Капицы еще далеко не достигнут? Чем должны заниматься все эти так называемые «лишние люди»? Каков смысл их существования?

И опыт…

Итак, если по современным и весьма распространенным убеждениям, что только 2 процента наличного населения Земли производят все материальные и духовные ценности, которые определяют существование современной цивилизации, то зачем нужны остальные 98 процентов? Конечно, о процентах можно спорить, выторговывая в досужих дискуссиях более человеколюбивые пропорции, хотя бы по Парето — 20 к 80 или даже 30 к 70, но основное остается неизменным — имеется производительное меньшинство и отягощающее его большинство, выключенное из  производственной активности нашей цивилизации. Лишние люди. Помните таких из классики русской литературы? Онегин, Печорин и иже с ними — лишние люди, так и не нашедшие себя занятий ни на поприще творчества, ни управления, ни производства, ведущие рассеянную жизнь, по ходу попадая во всяческие трагические перипетии. Казалось бы, в веке 19-м их считанное число, и вот настал век 21-й, век космических скоростей, интернета и всеобщей мобилизации, а человечество сталкивается с неприятным для себя открытием — лишних людей легион.

Если человечество стремительно растет, то, значит, это ему нужно. Проще всего объявить данный факт животными инстинктами и прочим биологизаторством — а что еще делать разумной обезьяне, как только не лежать под пальмой, ожидая когда рядом упадет банан, да размножаться, нисколько не заботясь о последствиях. Но математика упрямая вещь. Экспонента отличается от степенной функции. Экспоненциальный рост доминирующей в глобальном масштабе животной популяции и ее же рост по степенной функции до точки насыщения, до предела Капицы, до некоего пока загадочного и непонятного порога, неизвестно для чего установленного.

Здесь самое время вспомнить, что человечество — единая информационная система, и его развитие не сводится к биологии, а в значительной степени к накоплению, сохранению и использованию знаний. Изучением вопросов накопления, использования и трансляции знаний весьма плодотворно занимался советский ученый М.К.Петров, создавший теорию тезаурусной динамики.

Сын ошибок трудных…

В своей теории тезаурусной динамики М.Петров исходит из базовых видов недостаточности человека, которые не позволяют ему выживать как обычному животному,  компенсируя свою «ущербность» теми средствами, которые и называются культурой или цивилизацией. 

Прежде всего, это биологическая недостаточность человека, то есть неспособность принять на себя всю полноту функций, обеспечивающих его существование и продолжение рода. Говоря проще, робинзонада для человека невозможна. В одиночку человеку, как правило, не прожить, а если таковое и случается, то в исключительных и редчайших условиях, причем неизменно за счет деградации именно человеческой природы в пользу гипертрофии природы животной. Известно, например, что люди, оказавшиеся на необитаемых островах на длительное время, в полном смысле этого слова дичали, теряли способность говорить, забывали о том, что с ними было до того, как они оказались в изоляции. Собственно, биологическая недостаточность человека и обуславливает компенсирующую роль социума, социальной организации человечества, где тот огромный объем деятельности, который необходим для выживания каждого, фрагментируется на части, которые по силам выполнять членам социума, а затем интегрируются, формируя целостный вид деятельности, который мы и называем человеческой цивилизацией.

И гений…

Однако этим неполнота человека не исчерпывается. Как известно, все благоприобретенные признаки, обеспечивающие выживание вида в природе, закрепляются рано или поздно в генах, тем самым передаваясь из поколения в поколение, обеспечивая виду длительное существование. Изменение внешних условий вызывает микромутации, то есть, внесение в наследственный аппарат все новых и новых порций информации, изменяющих внешний вид членов популяции, их кормовую базу, ареалы обитания. Человечество, чья скорость развития намного превышает скорость естественной эволюции в животном мире, характеризуется генетической неполнотой, то есть те сведения об окружающем мире, которые оно накапливает, не могут быть записаны в его наследственной информации. Знания генами не передаются. Причем, подчеркнем, знания, жизненно необходимые для выживания вида, то есть человечества. А следовательно, эта информация накапливается, передается, используется совершенно иным способом, нежели тем, как это происходит в животном мире. И способ этот называется культурой. Знаковой культурой.

Строго говоря, на этих двух постулатах — биологической и генетической неполноте человеческого вида — М.К.Петров останавливается, но наши дальнейшие рассуждения требуют ввести еще один тип неполноты, который бы объяснял причину существования различных видов социумов, культур, цивилизаций. Почему на протяжении всей своей истории человечество с таким упорством ищет, изобретает, развивает, распространяет столь разнообразные формы своего существования?

Парадоксов друг…

 Социальная неполнота человечества определяется его неспособностью даже в рамках развитой культуры обеспечить достаточную длительность своего существования. Вслед за рассветом культуры наступает закат цивилизации. У О.Шпенглера в «Закате Европы» это описано достаточно подробно. На смену одной культуры приходит другая, более развитая, изощренная, экспанионистская, глобальная, агрессивная, но при всем при этом факт остается фактом — социальная неполнота не компенсируется новой культурной версией существования человеческого рода. Как тут не вспомнить библейское предание о Вавилонской башни, которое считывается как незыблемый сценарий попыток все новых восхождений к высотам социальности, завершающийся неизменным смешением языков, а проще говоря — неразрешимых в рамках очередной культурной парадигмы противоречий, которые вновь и вновь разрушают великий град Вавилон очередного глобалистского проекта.

Корень неудач видится не в глобальности как таковой, а в том, что это та самая неполнота охвата культурой всего человечества, как ни парадоксально может звучать. Чем глобальнее цивилизация, тем больше в ней лишних людей. Чем сильнее притяжение ядра, тем больше отталкивание тех, кто стремится приобщиться к избранным. Когда-то избранных были десятки, потом сотни, тысячи, сейчас — золотой миллиард, но что делать с остальными миллиардами? Да, возможно современный уровень благосостояние поддерживается пресловутыми двумя процентами самых-самых-самых, но это не есть обвинение оставшихся 98 процентов в лености и праздности, наоборот — это смертный приговор современной глобальной культуре, которая дошла до предела собственной неполноты, в стремлении глобализироваться диалектически свалившись в ту же самую элитарность предыдущих и закономерно сгинувших культур и цивилизаций, ибо два процента не могут быть уравновешено остальными 98-ми.

И случай…

Так в чем подвох? Где выход из проклятия неполноты? Что делать с лишними людьми? Ограничивать рождаемость? Прославлять эвтаназию? Разделять человечество на джи и кжи, как в романе И.Ефремова «Час Быка»? Или все же попробовать нечто иное, осознав, что мир неизвестности, окружающий то, что мы называем наукой, столь безграничен, что и 98-ми процентов лишних людей с лихвой не хватит на его познание. Возможно, это утопия из утопий — сделать высшее образование, науку доступной для всех и каждого. Возможно, это еще более невозможно, чем просить у Золотого шара счастья для всех и при этом совершенно даром. Но как бы то ни было, а человечество в своем развитии одолело и биологическую и генетическую неполноту, придумало, изобрело способы компенсировать их, доказав право на существование, так почему не сделать еще один шаг, сняв неполноту социальную? Ведь когда-то и самая обычная грамотность почиталась излишней для землепашца, а трактаты о его, землепашца, врожденной скотской сущности, дышали аргументированностью, но времена пришли иные, хотя даже теперь самую обычную грамотность еще нельзя считать общечеловеческим достоянием. 

Бог — изобретатель…

Так называемое благо двух процентов на самом деле не есть доказательство благости технологической цивилизации современного типа, но приговор ей, который не подлежит ни смягчению, ни обжалованию, ибо уже сейчас очевидно, что «лишние» люди таковыми себя если и готовы считать, то лишь в том случае, если им будут обеспечены столь же нормальные условия существования, как и у пресловутых «двух процентов» кормильцев человечества. Девяносто восемь и два, восемьдесят и двадцать, семьдесят и тридцать — не более чем счета проигрыша очередной версии глобалистской цивилизации-культуры перед окружающим хаосом незнания, а ведь именно незнание и есть причина гибели предыдущих версий глобального человечества — незнания своих слабостей, незнания своей истории, незнания законов окружающего мира, незнания, незнания, незнания!

Достижение предела Капицы это и есть обещание перехода от невежества девяносто восьми процентов и относительного вежества двух, к подлинному знанию ста процентов, может быть еще более несбыточной утопии, чем утопия коммунизма, полдня, туманности андромеды. И если утопия сбудется, то последует откат от предела Капицы, сброс этих самых лишних людей, как о том мечтают нео-мальтузианцы и пророчат многочисленные постапокалиптические утопии, надеясь даже после массового вымирания человечества, тех самых 98 процентов, установить для оставшихся двух все-таки относительный технологический эдем с последующим симпозиумом на тему: «Как нам обустроить освобожденную от нахлебников Землю?»

Не счастья для всех даром, дабы никто не ушел обиженным, следовало просить Рэдрику Шухарту у Золотого шара, а ведь Зона это и есть метафора мира непознанного, из которого сталкеры, читай — ученые, вытаскивают всякий хабар, читай — открытия, изобретения, которые по большей части непонятно для чего предназначены, но их вполне возможно приспособить для заколачивания гвоздей, а следовало попросить жажды знаний для всех и для каждого, а также возможности эту жажду утолить, дабы никто не ушел невеждой, а направил умственные силы на одоление океана незнания, расширения круга знаний, где девяносто восемь процентов населения создает научное знание, творит культуру, строит цивилизацию, а два процента… что ж, в таком мире позволительно потерпеть эти два процента лишних людей, которые станут засадным полком, резервом Ставки, если в расширяющемся круге знаний откроется неожиданная брешь непознанного и ее нечем будет закрыть, разве что бросив в прорыв эти два процента, достигнув наконец-то предела Капицы, а дальше? 

А дальше почти по Пушкину:

О сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух…

Список литературы для особо интересующихся:

1. Капица С.П., Курдюмов С.П., Малинецкий Г.Г. Синергетика и прогнозы будущего. — Эдиториал УРСС, 2001. — 288 с.

2. Петров М.К. История европейской культурной традиции и ее проблемы. — М.: «Российская политическая энциклопедия», 2004. — 776 с.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *